Игры и игрушки, в которые играли дети в фашистских концлагерях

Во время Холокоста было убито около шести миллионов евреев. Примерно полтора миллиона из них были детьми. Страшная статистика. Пухлые щечки, блестящие глаза и смеющиеся лица плохо увязываются со смертью, голодом, пытками и ужасами войны. Такие картинки просто не должны стоять вместе. Но они стояли. И если у взрослых была сила воли, была решимость, вера, то у детей были только их игры и игрушки из прошлой жизни, которые они пронесли вместе с собой через гетто и концлагеря.

Обычные детишки бегают на улице, прижимают к груди кукол или неуклюже заботятся друг о друге. Вот только несколько выбиваются из общего фона нашитые на одежду звезды, бараки, колючая проволока и вооруженные солдаты на заднем плане.

Некоторые игрушки были последним символом мирной жизни, единственным напоминанием о детстве, каким оно должно быть у нормальных детей.

Интересна судьба этой игрушки. Кукла Зуся долгие месяцы была единственной подружкой маленькой Зоси Зайчик. Зося жила в Варшавском гетто, спрятанная от чужих глаз в чулане. Ее мать ранили во время контрабанды, и она послала паренька забрать Зосю из чулана. Он вынес девочку на своих плечах в мешке из-под угля. Но когда они оказались на свободе, Зося обнаружила, что они забыли куклу, и потребовала вернуться обратно, потому что «мама не оставляет своего ребенка». Они опять вернулись в гетто, забрали куклу и выбрались наружу.

А этих пупсиков еврейским малышкам не удалось сохранить: их конфисковали фашисты на входе в концентрационный лагерь.

Некоторые игрушки делали сами дети или их родители уже за колючей проволокой гетто или лагеря смерти.

А вот «Монополия», почти как обычная, да не совсем. В Музее истории Катастрофы («Яд ва-Шем») есть несколько самодельных игр «Монополия». Одну из них сделал в 1941 отец для своей новорожденной дочери. Игровое поле отображает улицы Будапешта, а карты с заданиями и штрафами отражают военные события: «Заплати налог на голод», «Твой кошелек украли в поезде», «Заплати налог на болезнь» и так далее.

Другую «Монополию» тайно изготовили в печатном цеху. Днем там служащие работали на нацистов, а ночью — для детей. Еврейские ребятишки в гетто играли в настольные игры, а когда кого-то из них отправляли в Освенцим или Треблинку, он просто оставлял игру в гетто — тем, кто еще оставался в живых. Игровое поле этой «Монополии» представляет собой схематический вид на гетто с высоты птичьего полета, а главный приз для победителя в ней — день отдыха. Но игра преследовала и образовательные цели. Кидая кубики и передвигая фишки по карте, дети запоминали, где находится главная кухня, тюрьма, склад и дом родителей. А для детей помладше она была первой книжкой-раскраской.

Направление в концлагерь для большинства детей означало смерть. Но даже там не прекращались детские игры. Ребятишки, которые были еще не слишком истощены, продолжали играть. Только игры их были не очень похожи на привычные дочки-матери и строительство замков. Еврейские дети играли в побег из тюрьмы, строили гетто, устраивали погромы и швыряли бомбы из грязи. Малыши играли в «пощекочи-труп» и «ограбь-мертвеца», а больше всего — в «похороны Гитлера». В Освенциме дети на спор дотрагивались до ограждения, через которое был пропущен ток, и играли в «газовую камеру», швыряя камни в могилу и имитируя стоны умиравших людей.

Популярной была также игра «клепси-клепси» (жарг. — «воровство»). Водящему завязывали глаза, и один из игроков ударял его по лицу. Затем повязка снималась, и нужно было угадать, кто ударил, руководствуясь позой, мимикой, поведением игроков. Эта игра напрямую развивала качества, которые могли помочь выжить даже в лагере смерти: в частности, уметь лгать и не показывать, что ты знаешь об украденном хлебе или готовящемся побеге.

Эта девочка выжила.

А этого мальчика убили вскоре после того, как был сделан этот снимок.

Мы не должны допустить, чтобы это повторилось.

По материалам yivoencyclopedia.org, kottke.org и yadvashem.org